Путин обманул всех врагов: Удары по НПЗ увеличили экспорт нефти. Как такое может быть?
-
Коллаж "Новороссии"
Украинские атаки по нашим нефтяным объектам приносят обратный эффект. Каждый дрон, запущенный по русским терминалам, призван лишить Кремль денег для продолжения войны. Но – парадокс: это приводит к обратному результату. Подробности читайте в материале "Новороссии".
В стратегии Киева есть серьезный просчет, который не учли планировщики атак по русским НПЗ. Да, они наносят урон нашим предприятиям, но такой, который в условиях подорожавшей нефти легко восполним. Но речь даже не об этом.
Путин обманул всех наших врагов, завершив налоговый маневр в нефтяной отрасли в январе 2024 года, полностью отменив экспортные пошлины:
Федеральные доходы от нефти теперь поступают почти исключительно через налог на добычу полезных ископаемых. Государство получает деньги, когда нефть добывается из-под земли, а не когда она покидает страну. Какая незадача,
– пишет автор канала Win-Win.
Раньше бюджет зависел от экспорта: нефть добыли – переработали – продали за рубеж – получили пошлину.
Теперь бюджет зависит от добычи: нефть добыли – заплатили НДПИ* –деньги в бюджете (*повышение налога на добычу полезных ископаемых).
Представьте, что владелец завода получает прибыль не от продажи готовых авто, а от количества выпущенных двигателей. Если сломается сборочный цех, он начнет продавать двигатели. И доход владельца не страдает. Налоговый маневр превратил наш нефтяной бюджет именно в такого "владельца завода",
– говорит обозреватель Александр Тагиров.
Что касается нефти, то государство получает свои основные доходы от нефтяной отрасли уже в момент добычи сырья, а не после его переработки и экспорта. Это делает бюджет в меньшей степени зависимым от объема переработки или поставок на экспорт.
– Украинские дроны наносят урон НПЗ, что снижает объемы переработки. Нефть, которую заводы не могут переработать, Россия начинает экспортировать в виде сырой нефти. Однако это не означает, что мы не должны защищать НПЗ, отвечать на удары, а лучше ликвидировать источники атак заранее.
– Да, потому что атаки дронов привели к аварийным остановкам многих НПЗ. Документы "Роснефти" в открытых источниках наводят на мысль, что средства РЭБ и ПВО бессильны против автономных дронов, летящих на малой высоте.
Грубо говоря, дрон низко летит над морем невидимым сотни километров, а когда попадает в поле зрения расчета ПВО, то остаются считаные секунды на его ликвидацию.
– Военкор Дмитрий Стешин отмечает, что внедрение защиты от БПЛА идет с трудом и постоянными проволочками.
– Ключ к решению проблемы – это нейтрализация инфраструктуры, обеспечивающей эти атаки на Украине: центров производства, складов хранения и учебных центров подготовки операторов. И эта работа ведется.
Русские наносят удары по пунктам управления дронами ВСУ, снижая интенсивность атак. Но проблема в том, что система управления ВСУ децентрализована и ее не вынести одним ударом.
На НПЗ в Самарской области ставят антидроновые купола – специальные сетчатые конструкции, которые полностью укроют завод и создадут механическое препятствие для дронов.
Уже закончена разработка универсальной опорной конструкции "КОЗ-У-Ш" – это сетчатый каркас, предназначенный для защиты резервуаров.
На юге России сформировали мобильные огневые группы для охоты за дронами. Создана линза-обманка "Щит" для маскировки тепловых объектов от дронов с тепловизорами, проецирующая изображение местности.
– Предлагают использовать старые вертолеты, оснащенные тепловизорами, для патрулирования и перехвата дронов на подлетах к НПЗ. Минобороны России намерено привлекать резервистов для защиты стратегических объектов.
– И это тоже. Другое дело, что мы имеем вокруг устаревшую систему взаимоотношений между реальной жизнью и кабинетами чиновников, которые сидят и боятся что-либо сделать быстро, потому что нарушат циркуляр и потом придется отвечать. Их можно понять. Но из-за всего этого гибнут наши люди в тылу и на фронте.
– Белоусов постоянно встречается с военблогерами, которые за закрытыми дверями доносят ему эту правду.
– Даже если встречаться раз в месяц, этого будет катастрофически мало. Грубо говоря, кабинеты, в которых принимаются решения по производству оружия, должны быть 24 часа в сутки на связи с блиндажами и мониторить потребности фронта. Кстати, примерно так выстроена система у наших противников.
Ответственные за выпуск дронов, автоматов, БМП должны лично привозить свою продукцию на ЛБС, наблюдать, как она себя показывает в бою, и в глаза принимать правду от солдат. А то у нас как бывает: закажут партию машин, оплатят ее, отправят все это дело на фронт, а там это мёртвым грузом где-нибудь стоит и ржавеет, потому что это давно уже морально устарело.
Пора меняться, тянуть дальше уже некуда.
