"Наш опыт армии не нужен": В России сворачивают "Последний рубеж". Чиновники и генералы отказались помочь

Лаборатория электроники для фронта "Гагаринг" выступила с тревожным заявлением: они больше не могут поддерживать благотворительный проект по бесплатной подготовке бойцов для противодействия БПЛА. В официальном канале "Гагаринга" его руководитель Александр Барашков горько написал: "Последний рубеж" оказался не нужен".

Что это за проект

Курс подготовки "Последний рубеж" был направлен на обучение военнослужащих и бойцов мобильных огневых групп (МОГ) эффективному противодействию вражеским дронам из гладкоствольного оружия. Инструктора приезжали в подразделения и учили поражать БПЛА из движущегося автомобиля. Отрабатывали меткость, обучали приемам быстрой перезарядки и тактическим маневрам в группах. В общем, вся специфика ведения огня по низко и быстро летящим объектам в условиях реального боя.

Во многом созданию именно такого обучающего курса помогло поручение Владимира Путина, данное 21 августа 2025 года министру обороны Андрею Белоусову, о разработке курса по сбиванию дронов из гладкоствольного оружия. В документе, опубликованном на официальном сайте Кремля, отмечалась "целесообразность включения программы в боевую подготовку с привлечением опыта гражданских инструкторов и спортсменов по стендовой стрельбе".

Проект возглавил хорошо известный в военном Рунете ветеран боевых действий 2014 года, волонтер Сергей Паршиков ("Лыня"). За плечами "Лыни" – сотни гуманитарных конвоев, разработки систем РЭБ, создание беспилотных платформ и даже школа пилотов БПЛА. Спонсорскую поддержку осуществлял "Гагаринг" – в том числе на средства, полученные от изготовления для фронта дрон-детекторов "Юрка", системы связи "Кузнечик", видеокомплекса "Сова".

Ведущими стрелками-инструкторами проекта были профессиональные спортсмены и военнослужащие с огромным боевым опытом. Среди них Анна Толстоусова (Тараносова), чемпионка России и мастер спорта по практической стрельбе, и Артем Толстоусов ("Тафур"), разведчик, инструктор боевой подготовки ЧВК "Вагнер". "Тафур" не просто работал в Африке в составе "оркестра" – в одной из африканских стран он занимался созданием и подготовкой подразделения, в задачи которого входит охрана президента и других первых лиц страны.

За год существования проекта были созданы четыре специализированных полигона, на которых прошли обучение более 2000 военных. Среди них –бойцы легендарного подразделения "Ахмат Спецназ", моряки Черноморского флота, казачья добровольческая бригада "Терек".

"Вот и помогайте дальше"

12 августа Александр Барашков выступил в блоге "Гагаринга" с официальным заявлением – его компания, несмотря на увеличение выручки, оказалась "в более худшей финансовой ситуации – условия контрактов не позволяют распоряжаться средствами так, как необходимо". А поэтому "Гагаринг" вынужден прекратить финансирование "Последнего рубежа":

Ранее проект работал в командировках на разных полигонах и обучал огромное количество людей. Но это не вызвало заинтересованности от высшего начальства. У нас нет задачи учить всю армию – нам хотелось показать на локальном примере, как мы обучаем инструкторов для армии, чтобы потом они делились опытом. Но в итоге мы учили бойцов, а не инструкторов, потому что наш опыт армии не нужен. Инструктора армии не нужны.

Барашков горько констатировал: несмотря на все попытки "донести до верхов важность обучения", "Последний рубеж" оказался не востребован. Хотя "Гагаринг" проект не бросит, командировки инструкторов прекратятся – в рамках проекта будет работать лишь один стационарный полигон. Он признался:

Помощи никто не предлагал, несмотря на влитые нами 120 млн рублей. Армии наши телодвижения и переживания не интересны, как и наши знания с опытом. Говорят: "Вы же помогаете армии, вот и помогайте дальше".

Сергей Паршиков также опубликовал в своем блоге печальную весть о том, что проект больше не будет существовать в его первоначальном виде, а все права на его бренд переходят к "Гагарингу". "Лыня" подчеркнул характерный нюанс:

Мы реально смогли изменить ситуацию на фронте: подготовили и обучили более двух тыс. бойцов. Смогли донести нашу мысль и идею до самого высокого уровня – самостоятельно дошли до Владимира Владимировича (Путина – ред.), а с помощью компании "Гагаринг" и их финансирования дошли до Андрея Белоусова и Юнус-Бек Евкурова. Сам наш проект не умер, он живет и будет жить дальше, но в каком именно формате – мы пока не знаем.

И действительно: в 2025 году инструктор проекта Анна Тараносова на встрече с представителями "Народного фронта" смогла пообщаться с президентом, а сам "Лыня", по его словам, "получил возможность встретиться с министром обороны". Да и встреча с заместителем министра обороны РФ Юнус-Бек Евкуровым была буквально на днях – в июле этого года на учебно-методических сборах в Московской области. Там инструкторы проекта доложили генералу армии о своей работе.

Не были "медийными сиротами"

Проект "Последний рубеж" не существовал в информационном вакууме. О нем в подробностях и регулярно рассказывали крупнейшие федеральные медиа: "Вести", "Соловьёв Live", "Известия", "Звезда". Проект стал героем документального фильма RT "Охотники за охотниками" и репортажа НТВ с характерным названием "Инженеры Победы". Но все это вкупе со встречами с "лицами, принимающими решения", не привело к результату, о котором еще в сентябре 2025 года страстно и яростно говорил Паршиков:

Масштабы необходимо резко увеличивать и создавать целую систему. Нужно адаптироваться к новым реалиям войны. Подобная подготовка должна быть организована на каждом полигоне. Методики обучения должны быть современными. Нужно задействовать не шестерых инструкторов, а тысячи, все это должно быть объединено в общую программу вместе с инструкторами по огневой подготовке.

"Лыня" раз за разом подчеркивал ключевой факт: для эффективной подготовки военных и МОГ обязательно нужны трассы для вождения техники и работы с ней. А главное – бойцы должны стрелять по настоящим дронам, а не по мишеням. Он говорил:

Увеличить все это в десятки, в тысячи раз руками волонтеров, благотворителей и частных жертвователей невозможно. Здесь должно помочь государство. Нас слишком мало, и это станет большой проблемой в будущем – во время следующей мобилизации или при обучении личного состава ВС.

В сухом остатке

На уровне государства признается необходимость нового подхода к борьбе с дронами. Энтузиасты создают полигоны, собирают инструкторов, вкладывают собственные средства, ездят по регионам и учат военнослужащих. Затем выясняется, что поддерживать такую работу в масштабах страны частные структуры просто не способны. Но информации о создании государством большой системы аналогичных программ и полигонов из официальных источников не поступает. И это, пожалуй, ключевой момент всей истории.