Командир был обречён, но морпех решил иначе: "Дорога жизни" длиною в 10 километров оказалась только началом испытания

Печальные новости пришли от "северян": по пути на ЛБС попал под обстрел командир 11-го танкового полка, базирующегося в городе Гусев, майор Алексей Караваев. Вражеская артиллерия обработала машину, в которой он находился. Бойцы говорят, что достойный был командир, постоянно с парнями на передовой. Потому и позывной был у Караваева "Отец".

_{Скриншот с "ВКонтакте" "Я люблю Гусев"}

Впрочем, и бойцы у него под стать. Бьют врага в приграничье между Белгородской и Харьковской областями. Как пример, один из штурмовиков с позывным "Двина". Случай с ним произошёл в так называемых Муромских лесах. Лесок в районе населённого пункта Муром. Он расположен прямо на границе, враг постоянно его обрабатывает, поэтому людей оттуда вывезли давно.

"Русские своих не бросают"

Их группа шла первым эшелоном, командиром взвода был капитан. Они благополучно дошли до точки "отрыва", но там их обнаружили вражеские "птицы" и тут же атаковали. Офицера тяжело ранило. По рации поступила команда продолжать движение к следующей точке. Однако "Двина", который, по словам "северян", пришёл в штурма из морской пехоты, решил иначе:

Русские своих не бросают.

Морпех взвалил капитана на себя и потащил к точке эвакуации. Им предстояло преодолеть порядка 10 километров через болото, посадки, прячась от дронов и избегая "ждунов".

Да брось ты меня,

– в какой-то момент сказал командир, когда пришлось в очередной раз совершить рывок в заросли, заслышав мерзкое жужжание в небе.

"Двина" приказ не выполнил. Десять километров волоком, с раненым на спине, под птицами не бросил и дотащил офицера до точки эвакуации. А ведь это только начало истории.

_{"Двина" слева. Скриншот с тг-канала "Северный канал"}

"Едва поднял голову, а надо мной уже "Баба Яга"

На следующий день, когда капитана эвакуировали, а от группы осталось всего пятеро бойцов, поступил приказ взять опорник врага в лесу.

Но для этого необходимо было преодолеть "открытку" метров 500, через ров и колючку. Дали команду:

Выдвигаемся!

Но едва дошли парни до рва, как налетели птицы. Один из дронов вышел на "Двину".

Только чудом смог в последний момент уклониться. Рванул рядом, но досталось по ногам. Едва поднял голову, а надо мной уже "Баба Яга". Последнее, что помню – щелчок,

– вспоминает боец.

Когда "Двина" очнулся, один глаз не открывается, весь в крови. Лицо – как будто трактором переехали. Пришлось собраться и замереть, так как над ним летал ещё один дрон. Рядом птица "задвухсотила" товарища, другого из группы очередью из пулемёта "сняли" на выходе изо рва.

Когда "Баба Яга" улетела, откуда-то нашлись силы доползти до кустов, где отсиживались двое парней. Вместе дотянули до лесополосы, там силы кончились. Меня положили в яму, накрыли антидроновым одеялом. Очнулся засветло, поползли дальше,

- продолжает рассказ "Двина".

Через короткое время на них вновь налетели пять птиц и "баба яга". К сожалению, одного парня настигла очередь пулемёта, другого накрыла сбросом "Яга". Последний успел перетянуть ноги, но когда поползли дальше, то он, обессилевший, но понимая безнадёжность своего положения, принял решение снять жгуты. "Двина" остался один. Впереди было болото. Силы покидали бойца, его периодически выключало на несколько минут.

Не знаю, откуда брались силы. Наверное, Боженька помог. Я так полз ещё два дня, пока меня не подобрали свои и не донесли до точки эвакуации.

 _{Бойцы 11-го танкового полка на выходе. Скриншот с тг-канала "Минобороны России"}

"Если это не подвиг на медаль?"

После пережитого выдохнуть спокойно он смог только в госпитале. Но и то не без боли – у "Двины" оказалась сломана челюсть.

История эта произошла в мае, в августе "Двина" ещё находился в госпитале в Кронштадте, откуда ему выписали направление в санаторий на дальнейшее восстановление. Сослуживцы героя говорят, что никаких наград за спасение офицера он так и не получил.

Илья – скромный парень. Героем себя не считает. Ну если это не подвиг на медаль, то за что их вообще дают?

– говорят парни.

А капитан, которого он спас, кстати, жив. Сейчас в отпуске по ранению.