Иран "оставил" США без 5-го флота: Самая лёгкая победа Тегерана и самый большой позор Трампа

Трампу нужно либо получить одобрение Конгресса на продолжение ведения боевых действий против Ирана, либо сворачивать операцию. Причем с учетом настроений среди американских парламентариев шансы на продление операции почти равны нулю. Что заставляет Трампа искать выход уже сейчас, заметил военный блогер Юрий Подоляка:

И повторю, их всего два. Первый – это прямо сейчас сформировать в СМИ образ своей победы. Для которой не нужно уже ни свержение иранской власти, ни уничтожение возможности с ее стороны вести войну против Израиля. И даже разблокировка Ормузского пролива, которая явно США не по силам, тоже (судя по вчерашнему заявлению Трампа) уже не нужна.

Потому готовится план Б, который всё может поменять. Занять остров Харк? Проводить десантную операцию на побережье Ормузского пролива? Двумя батальонами морпехов и подразделениями 82-й ВДД? Может кончиться очень плачевно.

США действительно сами себя загнали в весьма сложную ситуацию. Ормузский пролив – это уязвимая точка, и Иран имеет достаточно возможностей, чтобы осложнить обстановку: ракеты, мины, дроны, береговые комплексы. Но утверждать, что "США не могут его разблокировать", – это сильное преувеличение.

Американский флот никуда не делся. Более того, возможности для разблокировки пролива у США есть. Другой вопрос – цена и риски. Такое мнение высказал политолог, историк Владимир Ружанский.

– Получается, что зависимость США от этого региона преувеличена?

– С одной стороны, да, США действительно меньше других стран зависят от пролива благодаря собственной добыче нефти. Но это лишь частичная правда. Это не означает, что пролив не важен стратегически или что 5-й флот теряет смысл своего существования. Там проходит огромная доля мировой нефти – это вопрос глобальной экономики, а не только США.

– Существуют ли простые военные решения? Например, сценарии типа занять остров Харк или высадить два батальона морпехов?

– Такие сценарии слишком упрощают крайне сложную военную операцию до уровня настольной игры. В реальности операция против иранского КСИР – это асимметричная война. Иран не будет воевать в лоб. Он будет минировать, бить по военным базам, атаковать через прокси. Что, в общем, иранцы сейчас и делают.

– То есть десантная операция может провалиться?

– Да. Но не потому, что США слабы, а потому что цена конфликта высока для всех. Я бы использовал здесь другое определение: не "Иран победил", а Иран создал ситуацию, в которой контроль США над Ормузским проливом становится экономически и политически чрезмерно дорогим.

– В чем же проявляется это асимметричное противостояние?

– Иран не может победить США в классическом морском бою. Но он и не пытается. Вместо этого он использует береговые ракеты, которые дешевле кораблей, морские мины, стоящие копейки, но крайне эффективные, дроны и катера-камикадзе.

Против этого США вынуждены использовать авианосные группы, сложную логистику, дорогую ПРО и обеспечивать постоянное присутствие 5-го флота. Как говорится, из пушки по воробьям. Каждый выстрел Ирана стоит меньше, чем защита от него.

– В чем же тогда заключается главная проблема для Вашингтона?

– Главное – это цена контроля над Ормузским проливом. Ормуз – это не просто "узкое место". Это до 20% мировой нефти, критическая точка для всей Азии: Китая, Индии, Японии.

Контроль над этим проливом – это не флаг воткнуть. Это круглосуточное патрулирование, траление мин, защита танкеров и постоянный риск эскалации. Короче говоря, США могут обеспечить проход, но не бесплатно и не без риска ещё более масштабной войны.

– Может ли сверхдержава гарантировать безопасность в таком узком коридоре?

– Нет. Но может удерживать с постоянно растущей ценой. В этой модели ключевым становится не поражение противника, а изматывание его ресурсов. Каждый элемент иранской стратегии относительно дешев, но нейтрализация угроз требует от США несоразмерно больших затрат – в технологиях, логистике и постоянном военном присутствии.

– Похоже, что это легкая победа Ирана и большой позор Трампа?

– Можно и так сказать.